К 100-летию Шолохова

Как налось это с еврейского вопроса, так и покатилось. Хотя давала я себе слово не ходить на еврейские юбилеи. Да тут такой случай…

Интернет магазин электронных сигарет купить vl-cigi.ru.

129813. Аноним ( – 65.78.12.42) 22 мая, 2005 – 11:24:
DD
Ирина, вы недавно о Шолохове писали.
Очень интересная версия Сердюченко о нем.
Почитайте: http://www.lebed.com/2005/art4195.htm

Почитала.

«Все за него, назначенного Серафимовичем на должность писателя, писала бригада на основе огромного количества рукописей гения казачества, великого русского писателя Федора Дмитриевича Крюкова (1870-1920) – и «Донские рассказы», и «Судьбу человека» и даже «Поднятую целину! В основе всего – Федор Крюков. Великий! Статский советник! Интеллигент! А не жлоб Шолохов!»

«Исходная суть нашей гипотезы состоит в том, что человек по имени Шолохов никогда не написал ни единой художественной строчки. Не было писателя по имени Шолохов. Было нечто другое.

А именно редкостная, превосходящая всякое литературоведческое – и не только литературоведческое воображение авантюра, условно обозначенная нами как “гений и бес”. Ревнителей здравого смысла просят из аудитории удалиться.»

Что я скажу? Я читала не только пять томов Шолохова, но и опубликованные в 90-х его обрывки его дневников. Все вещи написаны в одной манере, в одном стиле. Редакторская правка чувствуется, но чувствуется и наскозь наш, местный человек. Хотя казаком он не был.

Вешенская от наших хуторов не так далеко. Когда началось это дикое расказачивание, пошли пятитоннки на Тацинскую, в Вешенскую ходили к Шолохову просить за своих.

У нас выскочек не любят. И лишнего не навеличивали, никогда человеку не приписывали. Шолохов пытался просить за многих и, как правило, подписывал письма, которые ему приносили. К примеру, мой дед просил его за их партийную ячейку. Сам дед остался на воле, поскольку его выгнали из партии за нежелание участвовать в раскулачивании. Взяли деда уже в войну, после оккупации. Шолохов подписал ему письмо. Думаю, не от того, что сам писать не умел.

Неудивительно, что после этих писем и обращений возле Шолохова возник ряд лиц, которые просто перестали к нему допускать. Как бы ради его здоровья. Все знали, что он живет в Вешенской под своеобразным домашним арестом.

Мой отец учился в Новочеркасске в одной группе с племянником Шолохова со стороны жены. Время было послевоенное, своих детей у Шолоховых не было, поэтому жена Шолохова навещала несколько раз этого паренька с харчами из дому. Очень скромная женщина.

В нашем хуторе школы не было, но школы окружных станиц были построены на деньги Шолохова. А в Вешенской вообще по-хамски всю эту нобелевку потратили. Все коровники на его гроши подлатали. Разве он – жлоб? Да это Бродский – жлоб, от него вообще ни уму, ни сердцу. Исполнившаяся мечта Васи Аксенова. Чтоб Вася так жил, да малость рылом не вышел.

Я слышала выступление Шолохова на съезде писателей в прямой трансляции. Тот же самый стиль. Без витийства. Про «ворошиловских стрелков», это были 70-е годы.

«Тихий Дон» не мог быть написан интеллигентом, да еще и статским советником. Все это говорят люди, которые не читали Шолохова. Это первое.

Второе. «Тихий Дон», «Поднятую целину» мог отправить в редакцию только очень смелый человек, рядом с которым Вася Аксенов по своей смелости – мелкашка, трусливая шпана.

Всем, кто станет выть о излишней «советскости» – надо, во-первых, прочесть вещи, о которых идет речь. Я вижу одно, люди желали только зацепиться за «Тихий Дон», саму книгу из них никто по-настоящему не читал.

Жил человек трудно и просто, в свою жизнь особо никого не допускал. Кстати, казалось, что он вечно так и будет жить в Вешенской. Ушел – начали сказки сочинять.

Почему? Да потому что не умеют так. А я вам скажу, что творческая манера Шолохова – это эталон донского изустного рассказа, немного олитературенного. На Дону «Тихий Дон» – это культовая книга. И у меня есть ранние рассказы, там очень характерный «шолоховский» почерк. Но это не подражание, здесь все – обычно. В раньше в каждом вагоне такой рассказчик встречался. Это и любят потому, что все это обычное, родное, а не статское и не интеллигентское.

***

Ну, допустим, достались какие-то чемоданы с дневниками удачливому пареньку. Только давайте нынешних пареньков не равнять. Тот паренек с чемоданом успел шашкой помахать, все пережил вместе с гуртом. Передумал.

А вот подходящий случай вспомнить, как Марининой досталась моя дискетка, которую можно смело приравнять к Шолоховскому чемодану. И что? А ничего. Выяснилась, что Маринина, которая вдруг после двух десятков детективов затянула песнопение в дедюховской манере, в дедюховской структуре – выдала опять детективу аж на четыре карманных томика. И читать невозможно, поскольку на всем лежит отпечаток лживой, неглубокой натуры.

Мне одна читательница сказала: «Такое чувство, будто вашу вещь перелистали грязными руками.»

Вовсе никому не надо было насильно делать писателя из какого-то жлоба, да еще и неинтеллигента. Да еще и после подписного письма моего деда, за которое его все-таки нашли через два месяца после оккупации. У меня все детство прошло под вой армянской бабушки о этом письме, хотя речь в нем было и о ее брате. Но она осталась до 47-го одна с оравой детей. Куда эту правду денете?

Деда отпустили умирать в 47-м. Он был 2,09 м, а бабушка 1,60 м ростом. Она несла его на горбу со станции, он весил меньше, чем мешок с житом.

А главное все-таки, надо читать первоисточники. Чтобы знать, на какие «статские» портянки замахнулись. Кстати, очень много фактов из «Тихого Дона» совпадают с биографией матери Шолохова. Она была казачкой, отец был русским. У моей двоюродной сестры учительница хорошо знала семью матери Шолохова, поэтому многое рассказывала.

До того, как я сама не начала работать с большой прозой, я с вниманием следила за этими слухами, попытками «разоблачения» и проч. Но потом я поняла, что все – глупость. Можете мне поверить. Хотя бы для пиарчику провозгласить обратное – прибыльнее. Каждый раз перечитывая эти вещи, попадая под их обаяние, глядя на них уже с другой точки зрения – видишь именно Шолохова за ними, а не статского советника и интеллигента. Видишь, как он трудно и упорно работал.

Не люблю Сердюченко. Не люблю, когда мужчины без стыда плачутся на судьбу в надежде подшакалить. Не осуждаю, поскольку мужчины давно утратили все рамки пристойного, но не люблю. То, что он в эту историйку вписался – для меня неудивительно.

Так ведь решение – проще некуда! Раз Шолохов – такой «е..й Мишка» и прочая по тексту, так что стоит нынешним интеллигентам написать равное хоть не «Тихому Дону», а хотя бы «Судьбе человека»? Или как только статским совеником назначат – так сразу?..

***

Cегодня, наконец, 1-й канал соизволил вспомнить о 100-летии Шолохова. Днем, в обеденный перерыв была вполне сносная передача, посвященная 15-ти годам из жизни Шолохова, за которые и был написан «Тихий Дон». А сегодня, в 23.50 Москвы будет фильм «Черное солнце Михаила Шолохова».

Во-первых сегодня показали сына Михаила и дочь Светлану. А в титрах были еще Александр и Мария Шолоховы. Михаил – вылитый отец. Когда он рассказывал о своем детстве, я заплакала.
Никогда о его детях ничего не слышала. Никогда он их не тащил и не курировал. Никогда они не «ходили за партбилетом отца», как васи аксеновы (с. «Козленок в молоке»). По тому, как он всегда старался помочь в самых страшных ситуациях, про него у нас говорили, что, видно, Бог ему деток не дал. Потому он такой отчаянный. Ведь не за себя боялись, за детей.

Как раз началась эта передача с интервью Роя Медведева, который брезгливо сказал, что после плохоньких и невероятно слабых «Донских рассказов» вдруг появилась такая мощная книга, как «Тихий Дон». Вновь началась та же волынка. А потом пошла правда жизни. Я поняла, что поначалу авторы передачи хотели снять материал о том же, о чем там квакали Сердюченко и компания. А потом они начали работать с документами, свидетельствами, очевидцами. Было много советской хроники. Куски еще немого «Тихого Дона» явственно показывают какая чушь – все эти рассуждения про «интеллигентность». Там была знаменитая сцена «Женишься?»

А на Дону про Шолохова говорили, что он не только «наш писака», но что он никогда обкомовскую пайку под койку не прятал. В передаче упоминают выданный ему автомобиль, а он его правлению отдал.

Вот какое транжирство денег Нобеля – давать премию Бродскому. Что он сделал? Да только на Родину с прибором наклал. Нигде не работал, тунеядец бессмысленный. Особо он нынче и не востребован. Слишком манерный, вычурный. Нет простоты, музыки свыше маловато. Не говорю, что бесталанный, а никчемный и ненужный.

По стишкам его видно, что кроме собственной шкуры ничего по-настоящему этого мыслителя, мля, не заботило. Вполне можно без этого «гения» прожить.

А сколько душ спас «Тихий Дон»! Горькая книга. И без нее никак было не выжить. Я не собираюсь ссылаться на Гомера. Просто всякая плесень, которая пасть на этого человека откроет – будет иметь дело со мной.

После этой передачи я отлично понимаю, почему я не люблю Сердюченко. Женщину не обманешь, я чувствую в нем мозгляка. А как мерзко выглядел на фоне исторической правды, на фоне всех документов «историк» Рой Медведев… Какая дешевка! Какой омерзительный хлыщ! Там настолько четко видно, что он не читал ни «Донских рассказов», ни «Тихого Дона»! Экран – это беспощадная штука.

Я же говорю, что те, кто бредят о каких-то «статских советниках», на самом деле Шолохова не читали.

***

Насколько же все-таки примитивный, недалекий и предсказуемый народ – евреи. Насколько мстительный и неблагодарный. Просматривая анонсы канала «Культура», заметила передачку, приготовленную к 100-летию Шолохова «Загадка Шолохова». Это опять про то же самое: про «белые пятна в биографии», про чемоданы статскогно советника. Уровень доказательств: интервью «верю-не верю».

Сейчас перечитывала Шолохова, чего, конечно, уверяльщики отродясь не делали. Думаю, неужто в чемоданах человека, который помер в 20-м году, было написано и про то, какой будет первая послевоенная весна на Верхнем Дону?..

А вот 65-летию бесполезного еврейского обывателя и тунеядца Бродского – целый цикл посвящен – «Прогулки с Бродским». Явление само по себе настолько мелкое и незначительное, что можно только променад после обеда совершить. Со здоровой ленивой отрыжкой. Показали и самого покойного юбиляра. Говорит торопливо, невнятно: шлеп-шлеп губешками. Мол, учить надо людей-то, чтобы каждого уважали.

Да кто же вас после такого уважать будет? Ведь Шолохова с вот этим вот сравнивать, ну… слов нет.

Это, значит, так вы подготовились к юбилею казачьего классика? Ну, мелочь пузатая. Ведь дончаки все время вам задницу на погромах прикрывали. Мало с нас было еврейских комиссаров при расказачивании? Ведь дончаки – царские казаки! Это южный ОМОН, без которого вас бы давно всех местные передушили. Мерзавцы.

Стал быть, и Первый канал в точности так же решил юбилей самого значительного русского классика 20-го столетия отпразновать, да? Тоже с «белыми пятнами» и «верю-не верю»? И вы думаете, что плюнете на Шолохова, так сами писать лучше станете? Никогда. Поскольку за тыщу лет ни одного дня не сподобились ума набраться и хотя бы недельку побыть нацией, а не местечковой шпаной.