Смертный грех

О! Вновь рухнул «Русский журнал». Как водится, опять от моих постингов.

Комплект прихожей белый купить Mebel169 RU.

На это раз, помнится, они были посвящены литературным мемуарам. Естественно, фразе Булгакова «Русский писатель должен любить Родину, а не евреев!» Все начали кричать, что это я за Булгакова сама придумала, а я доказала, что они еще и Булгакова дико достали своей бесцеремонностью, а после в его воспоминаньях это место нарочно вымарали. Булгаков мне все сам рассказал. И точка.

Даже не стала углубляться в трогательные воспоминания великого русского писателя о парикмахере-еврее, ссавшем на обои, поскольку это было арендованное помещение. Даже не выразила уверенность, что после окончания срока аренды, он еще и по большому облегчитлся в том же углу.

Не провела параллели с грабежом российской экономики, дикими масштабами вывоза капитала, что привело к народному бедствию на одной шестой части суши. Ведь речь идет не только о расколотой русской нации в узком этническом аспекте, но и о множестве прилепившихся к ней народов… Я лишь сказала, что при таком росте «национального еврейского самосознания» скоро и ответа за свой народ с евреев никто не попросит. Они будут бегать, ответы всем совать, а никто их даром не возьмет. Побрезгует.

Ну, не успела я все это выложить, как форум рухнул. А потом воспрял, а всей заварушки будто и не бывало — чистенько. Все вычистили на два месяца назад, будто календарик перелистнули.

Словно господа, не желающие нести ответственность хотя бы за фашистскую фразочку Чубайса о «30 млн невписавшихся в рыночные реформы», решили повернуть время вспять. Насколько возможно войти в «ту же» подчищенную воду? Ведь это уже все прочли, а рукописи не горят. Мне это  Булгаков сам сказал.

Пусть мне кто-то теперь доказывает, что это не они из мемуаров Булгакова целыми страницами драли. Если вот так, проямо у тебя на глазах киллобайтами «редактируют». Типа, чего дожидаться-то?

Перемотка форума с уничтожением моих мемуаров о Булгакове — лучшая иллюстрация решения вопроса об ответственности каждого за свой народ в текущем лишь в одном направлении периоде. Отвечать не желаим, желаим толератности с других требовать.

Форум смели почему-то только до грязной посуды с застолья юбилея Шолохова. Хоть чуточку легче стало?

Я как раз раздумывала над разницей в жанрах миниатюры, рассказа, повести и романа — с точки зрения выстраивания структуры прозаической вещи. Для тех, кто хочет все-таки понять, отчего же нормальную большую русскую прозу евреи, т.е. «большинство нормальных читателей» (с. DD: «Большинство нормальных читателей более двух страниц «Тихого Дона» не прочитают!»), ни читать, ни воспроизводить не могут. Имитировать чтение и писательство могут — более-менее удачливо, компилировать могут с успехом. А вот по-настоящему проникнуться идеей, духом вещи, либо создать свой мир, свои литературные образы, связать их сюжетом — нет.

Любой конфликт хорошей прозаической вещи на русском можно представить в виде выбора между добром и злом. Любой. Но чем миниатюрнее вещь по форме и жанру, тем «ниже» уровень действия, уже сектор обзора, компактнее поле развития событий.

Это не в понятной для всех евреев житейской низости поведенческих мотиваций, а именно — высоко-низко. Чисто в географическом… геометрическом плане. Или как в экономике: есть макроуровень — это государство в целом, это множество героев, втянутых в водоворот событий, это непременно исследование на изломе. Повествование с макроуровня, с точки зрения государственных интересов — всегда будет эпическим. Что, собственно, и есть основной признак большой русской прозы — романа.

Из любезного пояснения форумного приживала Марика [«Ирина, ты забываешь, что я – еврей, поэтому мне наплевать, как ВЫ «обустроите Россию»:)))], я не только сделала вывод о недопустимости подобной забывчивости, теперь я всегда выясняю, прежде всего, не еврей ли мой собеседник? Согласитесь, что подобная ментальная ориентация, с учетом событий в России последних лет – многое поясняет в человеконенавистнической позиции собеседника.

Тем более, что мне Марик это сказал на дискуссии, поднятой эмигрантами, о том, какие мы все россияне скоты, раз в их прессе пишут, что бездомных старух в России хоронят в целлофановых пакетах. Но все участники обсуждения – говорили на русском и не стеснялись при мне корчить из себя «русских писателей».

Я тогда и пояснила, что они несут солидарную ответственность за старушек в пакетах. Из-под этой ответственности тут же начали ловко выбираться собеседники-евреи, которые всегда «ни при чем». Но главный вывод заключался в том, что большая русская проза никогда у таких «национально-продвинутых» писателей не пойдет. Роман на русском можно написать только с точки зрения высшего блага России.

Потому перепалки с женой господина Быкова и его нелепые выводы о необходимости эвакуации к чертовой матери, строго говоря, по жанру к роману никак отнести нельзя. Как и творения волосатого господина Сыскина, «исследования» которого являются многословным путанным враньем по поводу, прежде всего, своего личного выбора в пользу чужого рая.

Печки-лавочки, плывущие наутилусы совместно с валенками и прочими мунтянами по водам — являются его личным образом Родины, от которой он уже отказался. В свою пользу. Поскольку свою шкуру он ощущает физически, а Родина – слишком высокое для него понятие. Он в ней не заинтересован. Или она его пока ничем не заинтересовала? Вопрос бытия: чем может заинтересовать еврея – Родина? Однако еврейский выбор господина Шишкина — это выбор на микроуровне. Читатель у такой «прозы» — тоже на микроуровне еврейской тусовки.

Здесь опять-таки удобнее обратиться к экономике. В экономических исследованиях с государственного, макроуровня, — можно спуститься в региономику, либо на уровень транснациональной компании — «естественной» монополии. А можно спуститься еще ниже — на уровень управления и финансового анализа малого предприятия. Для которого — все прежние уровни могут являться и вполне враждебной средой.

Конечно, можно делать вид, что предприятие существует в безвоздушном пространстве, что на него мало влияет среда. Как и поступает не только большинство авторов учебников «по менеджменту и маркетингу», но и большинство писателей-евреев:))) Выводы делать не могут. А если начнут делать выводы, то ведь надо будет пояснить отношение к «этой стране», ко всему, что происходило здесь, когда возобладали взгляды еврейского диссидентства 60-х, придется намного подробнее описать «Жизнь состоявшихся людей», не через пень-колоду.

Потому и онанистский призыв Юзера Алешковского «познавать» исключительно себя самого, в отрыве от реалий — это не конструктивный путь. Надо отдать должное и миниатюре, и рассказу, и повести. Надо на малых и средних формах отработать умение структурировать вещь, умение дать панораму изнутри героя. Причем так, чтобы повествование не блакало от набившего оскомину «яяяяя, а пoпа не моя!». Сколько можно?

На небольших вещах необходимо научиться строить жизнеспособные литературные образы. Заставить их жить в стесненных условиях небольших рассказов. Научиться ловить эпизод!
Уверена, любой, кто заикнется о Чехове, не увидит в нем главного: он, как никто, мог подать реалистический эпизод, вывернуть его наизнанку, растянуть резинкой, сжать в точку. Феномен Чехова в том, что он играет смысловой нагрузкой эпизода. Вот эпизод казался проходным, а далее вдруг вырастает так, что заслоняет горизонт. А вот эпизод, казавшийся вечным и поворотным, становится совершенно незначительным. Чисто литературный прием, но именно делает прозу Чехова настолько реалистичной.

Литература — это самодостаточный вид искусства. Это вовсе не жизнь. Дневники и мемуары никогда не будут настоящей живой литературой. Это тоже имитация. Как правило, от неумения выстроить сюжет прозаической вещи.

Как во всяком искусстве — здесь полный набор своих средств. Писать о них долго, да и к чему? Ведь главное в искусстве невозможно передать лучше древнего сочетания — «муза осенила». Самое обидное в этом необходимом процессе, что здесь никто не выбирает, кроме самоё «музы», кого ей, собственно, «осенять». Осенит вот такое чудо, как я. Но я вовсе не «такое» уж чудо. Раз уж мы вернулись к прежней дискуссии про «Тихий Дон», то споры о Шолохове выражают лишь затаенную обиду на эту неразборчивую даму — музу. Взяла и осенила хуторского паренька, который не состоял ни в интеллигентах, ни в статских советниках… Он и евреем не был!

Что это за автор «эпического повествования», которого к тому же из ЧК за жестокость выгоняли? 

Посыпало невесть откуда на макушку золотой пыльцой — и вдруг человек, задыхаясь от жалости к своей стране, своему народу, пятнадцать лет истязает себя, выплескивая… сострадание. Да, господа евреи, большая русская проза — это всегда публичное харакири себе самому и сострадание к своей стране и народу.

Такой уровень СОстрадания, который только может выдержать душа. Потому и мерилом глубины повествования будет глубина души автора. Нечего исследовать в себе интимные местечки, роман сам вывернет любого автора-читателя до шовчика на кальсонах.

И нечего прятаться за Набокова, искать в нем оправдание тому, что сделано евреями нынче в русской литературе. Набокова вынужденно лишили самой возможности отвечать за страну. Евреи решили, что не отвечать за Родину они могут, благодаря своей национальности. Это личное дело каждого, воспитывать никого не собираюсь. Однако даже приближаться с таким уровнем мировоззрения к большой русской прозе было не только глупо, но и по сути безнравственно. Безбожно. И за это, господа евреи, запакостившие русскую литературу, вам в аду гореть вечно. Сейчас поясню.

Жаль, что форум не рухнул на год. Ведь все уже произошло! Еврейский юбилей, устроенный Шолохову — это лишь следствие завершения прооцесса, продемонстрированного прошлогодним Букером. В тот Букер лезли, даже не подумав о последствиях, клепали про «антисемитизм» на нацию, которой обязаны своим существованием, ныли о своих мелочных обидах, не замечая, что гадят мимо штанов. Лично мне более ни один местечковый Букер или кошерный Нацбест после Букера-2004 — не нужен.

Но ведь он показал, сколько стыда у нынешних русскоязычных евреев. А как без стыда касаться русской литературы?..

Да, я неоднократно говорила, что основной задачей большой русской прозы всегда являлась отработка общественных стереотипов. Потому этот участок, к сожалению, рассматривался наряду с захватом ключевых позиций российской экономики, в качестве стратегического. Необходимо было навязать свои стереотипы людям, повысить степень маргинализации населения, внушить пассивное восприятие событий и т.д. Без идеологического сопровождения большой прозы в России не проходит ни одна «структурная перестройка».

По сути произошла невиданная вещь — русских лишили их литературы. Когда я это говорю, тут же выскакивает масса еврейчиков, доказывающая, что раз такое было возможно сделать, значит, русские вообще недостойны иной литературы, нежели еврейский эрзац. Более того, с этого места начинаются рассуждения о том, сколько «давать русским свободы». Процитировать могу. Только это очень противно.

Но каждый раз я проезжала мимо одной важной составляющей русской прозы — СОЧУВСТВИЕ к человеку.

Сколько с этой еврейской подноготиной на нас опрокинулось сочувствия от людей, которые могут сочувствовать только себе сами — каждый знает. Потому ведь нынче уже не писатели, а «стилисты».

Так вот за все происшедшее в аду гореть каждому еврею, который меня слышит, именно потому, что в период еврейских реформ русский народ не только лишали хлеба насущного, но даже и СОЧУВСТВИЯ — малости, для которой не надо ни денег, ни физических усилий.

Литература — это не публицистический очерк, бичующий «негативные явления». Разницу душой понимают.

Русская проза — это когда не отказываешься ни от одного самого «навеки пропащего» своего соотечественника, когда каждому невидному миру человеческому несчастью сочувствуешь от души. Всех жалеешь. Когда говоришь правду о происходящем, но потом подхватываешь случайного спутника и далее тащишься уже с ним, не виляя в сторону «самопознания»:

«…И, судя по их счастливым, остекленелым от водки взорам, перед ними расстилалась вся жизнь, и где-то в сиреневой дали уже маячила Земля Обетованная…»

Так вот все эти «национальные интересы», «стратегические преимущества», «общественные стереотипы» и прочие прибамбасы, чтобы российский бюджет было чистить сподручнее — семечки перед смертным грехом всех, кто в этот период лез со знакомыми мужа тети Раи через окошко в сортире — в русскую прозу. В самое трудное время еврейские редактора и издатели — еще и глумились на русской душой, лишая людей последнего — СОЧУВСТВИЯ. Разве это – не смертный грех? За что?..

Ничего никому со мной не сделать, обрушившийся форум тоже ничего не решит. Слово сказано. Потому вам сейчас, господа,  надо бурно заняться процессом самопознания и найти подобающие объяснения происшедшему. За себя надо будет отвечать. И не передо мной. А перед Тем, без веры в которого — лезть в русскую прозу было изначально глупо. Вот перед Ним и повыкручиваетесь со своей местечковой наглостью, Ему и поясните все свои справедливые претензии к русскому народу. «Написано пером — не вырубишь топором!» Вот пускай Господь решает, насколько правомерно и допустимо творимое нынче в Его Храме.
Аминь.